Читаем без скачивания Бунт марионеток [Сборник] - Анатолий Шалин

— В стороне наше царство никак не останется, — возразил Вост. — У нас под боком Калия. Две трети наших границ соседствуют с Империей. Мы уже воюем с ними. Правда, теперь есть надежда, что им будет не до нашего царства. И удастся кое-какие земли ронгов присоединить к нашим наделам.

— Условия Пирона мне нравятся, — сказал Буца, выразительно взглянув на Тумулу.

— Повелитель, вы спрашивали моего совета, — сказал Тумула. — Полагаю, какими бы заманчивыми ни были условия маршала Пирона, принимать их не стоит. Маршал честолюбив, но уже стар и не так силен, как это ему мнится. Его главный соперник Кальт и моложе, и удачливее, и умнее. Тому доказательство победы в Вахском царстве. Кальт дерзок, в свое время он уже обскакал Пирона с женитьбой на дочери императора Фишу. Боюсь, что и на этот раз удача придет к Кальту. Мой скромный совет, повелитель: надо побыстрее ублажить Кальта и заключить с ним мир и союз. Это будет самым верным и надежным нашим решением. Уверен, через месяц-другой он свернет шею Коргу, сомнет оппозицию, раздавит Пирона и прочно утвердится на троне Кароса.

Буца поморщился:

— Мне бы совсем не хотелось этого. Кальт слишком хороший полководец, а его аппетиты растут с каждым годом. Сегодня Империя и Вахское царство, а завтра он пожелает уничтожить нас!

— Это завтра наступит еще не скоро, мой повелитель, — возразил Тумула. — Вахское царство — большой и сладкий кусок, его пережевывать ронги будут еще долго. Кальт реалист, чего не скажешь о Пироне и Корге.

— Если мы сегодня отклоним предложения маршала, — покачал головой Буца, — ронги начнут активно действовать в районе Тассы. У Пирона достаточно сил, чтобы завоевать если не всю Харотию, то значительную ее часть. Кальт же со своими легионами пока далеко. И еще неизвестно, какое решение он примет…

— А зачем нам отклонять предложения маршала? — удивленно спросил Вост. — Примем их. Пусть легионеры Пирона убираются с наших земель. Заключим с Пироном для видимости союз, одновременно предупредив обо всем этом Кальта. Уверен, такая двойная игра почти беспроигрышна.

Глава 13. Узник или..?

К замку Кальтов отряд Вули подошел глубокой ночью.

Три недели пути по непролазной грязи и сыпучим пескам, по горным и лесным дорогам, под дождями, снегопадами и сильнейшими ветрами, отвратительная, почти несъедобная пища, осенние холода и сырость совсем измотали Валентина. Не многим лучше чувствовали себя и конвойные. Последнюю неделю пути, когда снежные горные перевалы остались позади, отряд двигался уже по цветущим долинам Калии, и сам Вули, и его подручные стали злыми, как те взбесившиеся огненные шакалы, от которых отряду не раз приходилось обороняться при переходах через лесостепи.

Уже у самых городских ворот Бегоса, дав волю гневу и накопившемуся за время пути раздражению, Вули переругался со стражниками гарнизона, охранявшими въезд в город и не желавшими впускать неизвестный вооруженный отряд в столицу княжества ночью.

Городские ворота захлопнулись перед самым носом бравого Вули — отряд находился в каком-то километре от стен города, когда был поднят на ночь подъемный мост через ров и со скрежетом опустилась решетка ворот.

Вули неистовствовал:

— Грязные сонные собаки! Шакалы с облезлыми хвостами! Немедленно пропустите нас в город! Мы подыхаем от голода и усталости! У нас поручение от самого принца Клая! Да обвалится небо на ваши богомерзкие, паршивые головы! — В таком духе Вули вопил и проклинал стражников не менее часа.

Однако, судя по репликам, время от времени доносившимся из бойниц сторожевой башни, караульные у ворот почти не реагировали на ругательства начальника отряда. Лишь раза два грубоватый, резкий голос посоветовал Вули заткнуться, да еще приблизительно через десять-пятнадцать минут, после очередной порции ругательств, выдаваемых Вули и его подчиненными, из башни раздавалось:

— Пускать ночью никого не велено! — И сонный, охрипший от пьянства голос добавлял: — Ждите рассвета!

Затем из помещений башни до изголодавшихся путников доносилось бульканье жидкости, разливаемой по чашкам, запахи жареного мяса, специй и слышался веселый перестук. Охрана городских ворот коротала время за игрой в кости и вкушением различных яств.

Порою слышался со стороны башни и пронзительный женский визг, хихиканье (вероятно, к солдатам заглянули на огонек их подружки), и эти звуки были, как говорится, последней каплей, переполнявшей и самого Вули, и его подручных бешенством.

Неизвестно, как долго пришлось бы отряду Вули выстаивать перед городскими воротами и чем бы кончилось это выстаивание, если бы к воротам не подъехала карета, запряженная парой лошадей. Кучер — невысокий шустрый паренек — быстро соскочил на землю и, подойдя поближе к воротам, сложил руки рупором и крикнул:

— Эй, Харт, Башти! Кто сегодня командует караулом? Открывайте! Господин Челард вернулся!

При упоминании имени Челарда оживление в башне мгновенно улеглось. Из бойницы высунулась чья-то лохматая, встревоженная голова, минуту или две всматривалась в темноту, затем спросила:

— Это ты, что ли, Малк? А господин Челард где? В карете?

— Да, открывай!

— Хорошо, только вы осторожнее, там где-то рядом с вами еще бродяги разные бродят. Покоя не дают. — И, пробормотав обиженно: — Ни сна, ни отдыха… — голова скрылась в башне.

Заскрипели рычаги поднимаемой решетки ворот и опускаемого моста.

Вули, смекнув, что момент нельзя упускать, смиренно приблизился к карете и, почтительно раскланявшись с Малком, спросил:

— Нельзя ли и моему отряду пройти с вами в город, не дожидаясь рассвета?

И Вули, подкрепляя свою просьбу, вложил в руку Малка монету.

Малк, почувствовав в ладони приятный холодок серебряного фора и узнав на ощупь знакомое изображение профиля старого императора, повеселел и, сразу став важным, многозначительно произнес:

— Я передам вашу просьбу господину Челарду, — и прошмыгнул в карету.

Из кареты вскоре вылез крепкий мужчина средних лет, в богатом охотничьем костюме, и обратился к Вули:

— Ты начальник отряда? Что привело тебя в Бегос ночью?

Вули, сразу растеряв всю свою наглость, долго и путано объяснял, что у него поручение от принца Клая, что отряд измучен долгой дорогой, люди валятся с ног от усталости и им надо поскорее попасть в замок господ Кальтов…

— Что ж, поручение принца — вполне уважительная причина, — прошептал Челард. — Думаю, затруднений при въезде в город не возникнет. Я за вас поручусь, но сначала одна небольшая формальность. Я вполне доверяю вашему рассказу, но все же надо бы посмотреть грамоты, которыми вас снабдил принц, отправляя в столь дальний путь.

— Грамоты в порядке! — уверенно заявил Вули. — Вот они, но что высокочтимый господин сможет разобрать при свете звезд, ночью?

— Малк, зажги факел и посвети нам! — приказал Челард.

И через минуту при свете смоляного факела уже изучал взятые у Вули пергаменты.

— Да, все в порядке… И печати, и подписи… — прошептал он еще через минуту. — Пропуска… Приказ Клая оказывать содействие… Так… А пленник? Этот? — Челард внимательно посмотрел в сторону Валентина, понуро сидевшего на повозке и наблюдавшего за возней с факелом и грамотами. — Что ж, потом разберемся, поехали! Ворота уже раскрыты. Я сразу направляюсь в замок, вашим людям лучше держаться за нами. В крепости обратитесь к начальнику гарнизона, он расквартирует ваших парней и накормит. Будут затруднения, спросите Малка, он подскажет, что делать. Поехали. — Челард проворно нырнул в карету, Малк стегнул лошадей.

Так впервые Валентин очутился в столице Калии, и судьба свела его еще с одним представителем рода Кальтов — учителем Челардом.

Утром следующего дня невыспавшегося, все еще голодного, продрогшего Валентина ввели в высокий сумрачный зал одной из башен крепости, и он предстал перед Челардом.

— Оставьте нас вдвоем! — приказал Челард стражникам, конвоировавшим Валентина. — Присаживайтесь, господин посол! Я велел, чтобы с вас сняли цепи. Полагаю, так будет лучше…

Проследив, чтобы вышедшие охранники плотно прикрыли за собой двери, Челард вполне дружелюбно опустил руку на плечо Валентина и легонько подтолкнул его к глубокому деревянному креслу:

— Садитесь, и без церемоний, разговор наш будет длинным! Итак, вы называете себя послом. Ваше имя Вило Маренти. Вы чужеземец. В Империи недавно. Оказали кое-какие услуги императору Фишу. Выражали, и не раз, желание побывать у нас в Калии. И наконец последнее: пытались похитить или убить моего брата — принца Клая. Гм! Весьма разноречивые сведения. Ах, да, есть еще устный отзыв о вас принцессы Ласси. Добрая душа — она заступается за вас, говорит, что вы спасли от смерти самого императора Фишу, ее отца. Впрочем, женским рекомендациям всегда приходится доверять лишь в определенной степени. Тем более что сам старый император уже не сможет ничего сказать в вашу защиту. Третьего дня стало известно о его безвременной кончине.